— А вот я так считаю. — перебил Гриценко, — Пусть евреи живут у себя в Израиле, а нам тут не мешают. Как думаешь, боец?

— Так точно, пусть живут… — растерянно ответил Гек.

— Старший лейтенант Кольцов, — начал Гриценко так торжественно, что Гек невольно выпрямился по стойке «смирно», — Как у нас с загрузкой?

— Какой загрузкой?

— Со свободным временем у нас как? Послужить Родине готов?

— Но я же уже давно уволился… Да уже и не в той форме… Ну и это…

— Мне больше некого просить. — перебил Гриценко. — Молодые мои бойцы не справятся. Не годятся они, очень сложное дело.

— Да бросьте, Леонид Юрьевич. — сказал Гек, — «Умный-умный, а дурак» — это ж вы про кого всегда говорили? И что сколько меня не обучай, я всё равно для оперативной работы не пригоден, а только для силовых операций… И что…

— Ты и есть умный-умный, а дурак. — сказал Гриценко. — Я всем своим бойцам так говорю, один ты всерьёз воспринимаешь. Так как? Выполнишь?

Гек молчал ровно минуту. Гриценко терпеливо ждал.

— Слушаюсь, Леонид Юрьевич. — наконец ответил Гек.

— Тогда к делу. — нетерпеливо сказал Гриценко, и Гек понял что тот был уверен в ответе заранее. — Вчера убили алкоголика…

— В Гвоздевском переулке. — сказал Гек.

— Молодец, боец! — похвалил Гриценко. — А говорил не в форме! Только не в переулке, во дворе рядом с переулком. Пальнули из пистолета ТТ с глушителем.

— Он был еврей? — спросил Гек и понял что вопрос прозвучал глупо.

— Нет, он был русский. — ответил Гриценко. — На четверть татарин. Не думай об этом. Это всё настолько серьёзно, что я тебе ничего не смогу рассказать. А сам всё равно не догадаешься. А раз даже ты не догадаешься, то у меня есть надежда что и вообще никто не догадается. И это меня радует. Понимаешь?

— Так точно… — растерянно ответил Гек.

— Продолжаю. У тебя есть три дня. За эти три дня тебе надо найти тех, кто убил алкоголика. Отобрать пакет. Доложить мне. Всё.